Это-по-русски-2

ГРАММАТИКУ ПРИДУМАЛА ЭВОЛЮЦИЯ! А ЗАЧЕМ?

В предыдущих постах мы с вами видели, что грамматика гораздо больше, чем слова, отличает один язык от другого, например, болгарский от русского, а также позволяет нам говорить и понимать новые предложения, которые мы до этого не слышали и не говорили. Но, возможно, я всё-таки еще не убедила вас, что без грамматики «и не туды, и не сюды»? Ведь я очень часто слышу такое мнение, что грамматика, мол, ни к чему, ведь «меня и так понимают»… Однако, грамматика, как это не покажется странным, тоже выражает смыслы! Поэтому, если вы предпочитаете не учить грамматику, а просто выплёвывать слова в надежде, что вас поймут, то я расстрою вас: вас очень часто не поймут или поймут превратно, да и ваше понимание услышанного или прочитанного будет хромать.

В конце прошлого века, когда учёные неплохо разобрались и в системах коммуникации животных, и в строении человеческого мозга, перед ними встал важный вопрос: а зачем эволюция дала нам грамматику, которой нет даже у близких нам шимпанзе? И даже отрастила нам для грамматики специальные отделы мозга?! Ведь эволюция не делает ничего бесполезного. (Точнее, случайно возникшее бесполезное в ходе эволюции отсеивается, а наш вид существует уже 200 тысяч лет!)

И хотя этот вопрос до сих пор остается «на передовом крае науки», самым перспективным ответом мне как учёному кажется следующий: грамматика позволяет нам выражать смыслы более сжато и ёмко, чем слова. А мы – существа ленивые, и любая экономия сил нам очень по душе! Так, «учительница» короче, чем «учитель женского пола», а разговорное «космонавтка» возникло потому, что оно экономит нам силы по сравнению с «женщина-космонавт».

Или вот пример из английского: когда мне говорят “If John won the lottery, he would buy a villa in Spain”, я понимаю из этого не только причинно-следственную связь между выигрышем Джона в лотерею и его покупкой виллы в Испании, но и то, что говорящий не считает такой поворот событий очень вероятным. И вот это вот «говорящий не считает такой поворот событий вероятным» я понимаю из грамматики! А точнее из того, что говорящий воспользовался так называемым second conditional, то есть past simple после if и would + глагол во второй части. Получается, гораздо компактнее, чем моё многословное объяснение выше, не правда ли?

Поэтому если вы не владеете в достаточной степени английской грамматикой, то от вас будут ускользать определенные смыслы, да и вы сможете выражать смыслы либо не полностью, либо посредством «многабукаф».

Готовы заниматься? Пишите мне в личку или asya_pereltsvaig@yahoo.com

Это-по-русски-2

УЧИМ АНГЛИЙСКИЙ: ГРАММАТИКА – ЭТО КРЕАТИВНО!

Помимо того, что грамматика определяет, а на каком языке мы собственно говорим или пишем, как мы уже видели с вами в предыдущем посте, есть от грамматики еще польза: именно грамматика позволяет нам говорить (и понимать!) новые фразы, которых мы никогда раньше не слышали и не говорили!

В системах коммуникации животных грамматики нет, а есть только как бы «слова». Например, мартышки-верветки могут издавать три сигнала, которые ученые условно обозначают словами «леопард», «орёл» и «змея». Когда верветка замечает леопарда, она не только сама скачет повыше на дерево, где леопард не может достать ее, но и издает определенный сигнал, предупреждающий других верветок об опасности: что-то вроде «Леопард поблизости! Бежим на верхушку дерева!». А вот заметив «орла», верветка прячется не в кроне дерева, а в низких кустах, одновременно сообщая своим соплеменникам об опасности вторым сигналом: «Орел, братцы! Скорее в кусты!». Ну а услышав характерное шуршание травы при приближении змеи, верветка встает на задние лапки, оглядывается и орёт: «Змея! Будьте внимательны!». Однако, на этом их репертуар заканчивается, и ничего другого о леопардах, орлах и змеях, да и ни о чем другом, верветки сказать не могут. Никакого философского «Леопард не может поменять свои пятнышки», патриотического «Орлёнок, орлёнок, могучая птица, лети ты в далекий мой край» или любовного «Вокруг тебя змеею обовьюсь я». Ничего кроме необходимых для выживания сигналов опасности!

Мы же, люди, можем говорить до бесконечности, постоянно выражая какие-то новые смыслы: история литературы тому доказательством, как и всё более расбухающий объем интернета. И позволяет нам это сделать именно грамматика. Благодаря грамматике, мы можем составлять вместе слова, которые раньше не встречались нам вместе, и выражать смыслы, которые до нас не выражал никто.

Дело в том, что грамматика – это система правил (паттернов, обобщений) типа «во всех случаях типа А сделай Б». Например, чтобы сделать герундий (т.е. существительное) от любого глагола, нужно к концу глагола добавить -ing: play -> playing, do -> doing, interfere -> interfering и так далее. И если нам попадается новый глагол, то мы смело можем слепить из него необходимый герундий, а другие говорящие на языке нас поймут: download -> downloading, skype -> skyping, zoom -> zooming и так далее.

Разумеется, правила такого рода существуют не только в английском, но и во всех других языках, включая наш родной русский. Когда мы осваиваем родной язык в детстве, наш мозг выкристализирует эти правила из услышанной нами речи окружающих нас носителей, и потом мы можем их применять – подчас сами того не замечая – к новым словам. Так, еще будучи детьми, вы уяснили (вполне возможно, даже не осознавая этого!), что у глаголов, корни которых заканчиваются на -п, -б, -м (то есть, на согласные, произносимые губами), в 1-м лице единственного числа в настоящем/будущем времени после корня добавляется -л: купить -> куплю (а не «купю»!), любить -> люблю, сломить -> сломлю. И услышав новый глагол «зумить», вы легко образуете форму «зумлю», а от «свопить» (т.е. «меняться одеждой, аксессуарами с подругами», от английского swap «обмениваться») – «своплю», услышанное мной в интервью блогерки Чумы Вечеринки Алексею Пивоварову. Даже не задумываясь, мы вставляем там -л! Кому-то такие новые слова могут показаться уродцами, но несмотря на такие плохие мнения, они имеют все шансы привиться в русском языке, как когда-то привились «банк» и «сэндвич», а позже «хакер» и «бейджик». И именно грамматика позволяет нам обрусить и со временем сделать родными иностранные слова.

Получается, грамматика нужна вам, если вы собираетесь выходить за рамки дежурных фраз!

Это по-русски

УЧИМ АНГЛИЙСКИЙ С АСЕЙ: ЗАЧЕМ УЧИТЬ ГРАММАТИКУ?

Когда мы учим новый язык, в том числе английский, мы учим много новых слов: существительных (cat, book, importance), глаголов (read, sleep, interfere), прилагательных (big, green, obnoxious). К этому списку можно добавить идиомы и другие устойчивые выражения, а также разговорные шаблоны типа How are you? и You’re welcome. Однако, этого мало и помимо уже перечисленного лексического материала нам нужно учить грамматику. В этой небольшой серии постов я расскажу, почему учить грамматику совершенно необходимо.

Итак, во-первых, необходимость грамматики заключается в том, что именно грамматика определяет, на каком языке говорит человек. Не верите? Давайте посмотрим на более знакомом языке: русском. Посмотрите на текст на первой картинке.

Думаю, что несмотря на некоторые странности, к которым мы скоро вернемся, этот текст покажется вам довольно понятным: речь здесь идет о компьютерщике Андрее и журналистке Марии, которые живут в Москве, столице России. Общий смысл текста понятен говорящему по-русски, потому что основные слова (существительные, прилагательные, глаголы) здесь все либо прямо как в русском языке (например: «столица», «инженер», «журналистка»), либо как минимум очень похожи на соответствующие русские слова (например, «град» похоже на «город» и на «-град» в названиях Волгоград, Калининград и т.п.; «предградие» похоже на «пригород»). В общем, о смысле основных, «больших» слов можно догадаться.

Но можно ли сказать, что этот текст написан по-русски? И можно ли сказать (на основании этого текста), что автор владеет русским языком? Думаю, ваш ответ будет отрицательным! (А особо подкованные читатели уже вычислили, что это болгарский язык!) Что же мешает нам назвать данный текст написанным по-русски? Что тут не так?

На второй картинке я выделила красным цветом «что не так»: странные окончания, предлоги и глагол-связка «е». В общем, всякая «мелочёвка». Грамматические элементы, говоря научным языком. Элементы, которые связуют слова в предложения и указывают на их соотношение в тексте («кто на ком стоял»). Именно нерусская грамматика делает этот текст нерусским! И точно также, если вы говорите вроде с английскими словами, но не с английской грамматикой, то получается не английский. А что-то вроде того, как говорит продавщица из знаменитого анекдота: «Вы чиз одним писом берете или вам наслайсать?». Грамматика русская, значит, вся фраза по-русски, а не по-английски.

Поэтому если вы хотите научиться говорить по-английски, без грамматики вам не обойтись!

Это-по-русски-2

ЛОНГРИД: ПОЧЕМУ НЕЛЬЗЯ «ВЫУЧИТЬ АНГЛИЙСКИЙ»?

На консультации потенциальные клиенты часто задают мне такие вопросы: «А смогу ли я выучить английский?» и «А сколько времени нужно, чтобы выучить английский?». Ответить на эти вопросы трудно, потому что не понятно, что именно спрашивающий вкладывает в слова «выучить английский». Но мой взгляд, эта фраза просто некорректна: «выучить английский» нельзя. Сейчас объясню почему и зачем тогда всё-таки обращаться ко мне.

Давайте посмотрим повнимательнее на эту фразу: тут у нас глагол совершенного вида «выучить». Вспоминаем из школьной программы: глагол совершенного вида отвечает на вопрос «что сделать?», а глагол несовершенного вида – на вопрос «что делать?». Какие еще есть глаголы совершенного вида с приставкой вы-? Правильно, «выпить», «вылечить», а что они значат? Здесь приставка вы- добавляет значение достижения какой-то кульминации, после которой продолжение действия невозможно: если я выпила кофе, то значит питье кофе достигло того момента, когда весь кофе из чашки переместился в меня и дальше пить нечего. Если кофе еще есть, то может быть я «пила», «попила» или «отпила» кофе, но не «выпила». Если врач вылечил больного, то лечение достигло того момента, когда больного поправился и лечить его больше не от чего. Получается, что «выучить язык» – это достичь того момента, когда всё, что можно знать и уметь по части английского, уже закрепилось у вас в мозгу, и учить больше нечего. А бывает ли так?

Боюсь, что нет. Английский, как и любой другой язык, богат и многообразен. Вряд ли есть хоть один носитель (!!!) английского, который знает про английский всё, включая все слова, всю специальную терминологию, все грамматические конструкции, все литературные аллюзии и цитаты из фильмов и вообще вот «всё-всё-всё». Кроме того, английский – это лоскутное одеяло из разных диалектов, акцентов, профессиональных жаргонов (множественное число!), идиолектов и других «вариаций на тему». Плюс, английский меняется со временем: то, что было «английским» еще 30 лет назад, может быть уже «черти что, а не английский» сегодня, а если мы заглянем в глубь веков, то там вообще найдется много всего, что уже никак не соответствует этикетке «английский сегодня». Когда я на своих лингвистических лекциях проигрываю американским студентам записи на других диалектах, типа шотландского или новозеландского, и записи на английском предыдущих поколений, они не всегда сходу на слух понимают, о чем там вообще речь. Как же тогда быть нам, неносителям, только изучающим английский как иностранный? Ведь, как говорил Козьма Прутков, «нельзя объять необъятное»…

Приходится ставить задачу ỳже: с большинством учеников мы учим «нейтральный стандартный американский английский». «Стандартный» значит не какие-то региональные диалекты, а «нейтральный» – не маркированный по возрасту, социальному положению или этнической принадлежности. Хотите говорить как английский лорд, старый бруклинский еврей или чернокожий рэпер? Это тоже можно, но оно вам надо?

Но даже и это слишком необъятно. Поэтому я ставлю задачу так: научить(ся) говорить по-английски корректно и свободно, используя достаточно сложные и богатые языковые средства (слова и конструкции) и излагая свои мысли четко и эффективно, устно или письменно. Будете ли вы на этом этапе знать всё? Нет, но дальше вам уже не понадобится учить английский как-то специально, с учителем, уроками и учебниками. После этого мы сможете сами подхватывать новые словечки, выражения и даже конструкции, добавлять их в свой арсенал, обогащать и оттачивать свои продвинутые практические навыки. И, что не менее важно, не «отъезжать назад» как только заканчиваются регулярные уроки и постоянные «тренировки» со мной. Тогда я могу чувствовать себя спокойной, выпуская вас в большой мир английского языка. Вы там справитесь!

Готовы попробовать? Пишите мне в личку или asya_pereltsvaig@yahoo.com

Это-по-русски-2

УЧИМ АНГЛИЙСКИЙ: КАК ДЕТИ?

С 1960-х годов учёные-лингвисты много и детально исследуют, как дети осваивают свой родной язык (по-английски это называется first language acquisition или L1 acquisition). К сожалению, многие из преподавателей английского языка как иностранного, которые лишь «слышали звон, но не знают, о чём он», сделали из таких научных исследований практический вывод: А ДАВАЙТЕ УЧИТЬ ВЗРОСЛЫХ ИНОСТРАННОМУ ЯЗЫКУ, КАК БУДТО ОНИ ДЕТИ. (О том, как будущих педагогов по языку учат – а точнее практически не учат – лингвистике, я знаю не понаслышке, так как преподавала в двух программах подготовки учителей английского: одной в США и одной в Великобритании.)

Из этого популярного заблуждения вырастают такие рекламные тексты как вот этот (специально не называю автора, дабы не шеймить его публично):

«Как вы изучали родной язык? Мама произносила слово или предложение, а вы повторяли? Потом она вас поправляла, многократно, произнося быстро и медленно с расстановкой, пока у тебя не получалось правильно? А потом в школе вы стали писать и читать, расширяя словарный запас? И это вам удалось – без утомительного зазубривания? А ведь кто-то смог и 2-3 родных языка выучить таким образом – без зубрёжки!»

Автор этого текста либо врет и передёргивает, либо пропустил даже не специальный курс по L1 acquisition, а просто вводный курс по лингвистике. Потому что всё не так, от слова совсем.Для начала придерусь к слову «изучали». Лингвисты говорят об «изучении» неродного (иностранного) языка и об «освоении» родного. Используются два разных термина, потому что это два разных процесса. О разнице между освоением родного (L1 acquisition) и изучением иностранного взрослыми я напишу подробнее в одном из следующих постов, а пока давайте посмотрим, что не так с описанием процесса L1 acquisition в приведенной выше цитате.Во-первых, дети не повторяют тупо то, что слышат от взрослых (и более старших детей). Точнее, повторяют кое-что в меру своих возможностей и в зависимости от этапа освоения языка, на котором они в тот момент находятся. В определенном возрасте дети совершают определенные ошибки, хотя взрослые так не говорят. То есть, услышать и повторить такое дети в принципе не могут. Так, дети, осваивающие английский, в определенном возрасте говорят “goed” и “eated” (и вообще приделывают это окончание -ed ко всем глаголам, включая неправильные), а дети, осваивающие русский, так же без исключений используют окончание -ов для родительного падежа множественного числа всех существительных, даже там, где взрослые говорят иначе.

Более того, дети не исправляют свои ошибки, даже когда родители их поправляют, а родители поправляют их далеко не всегда. Один множества примеров этого из корпуса детского английского языка (то есть из реального диалога ребёнка и родителя) приведен на картинке ниже: тут родитель подталкивает ребёнка к использованию неправильной формы прошедшего времени “held”, а ребёнок продолжает (неправильно!) использовать “holded”. В общем, дети не исправляют указанные родителями ошибки.

Итак, дети не повторяют, как попугаи, за родителями фразы и предложения. Более того, они их «развинчивают» и извлекают из них отдельные морфемы и грамматические паттерны. Поэтому ребёнок, который ни разу не слышал определённых конструкций, может «составить» их сам из освоенных грамматических элементов и слов. И кстати о словах: в первые годы жизни дети могут осваивать слова десятками и сотнями в день, просто услышав их и не повторяя. Этот так называемый “word spurt” («словарный взрыв») происходит еще в дошкольном возрасте, так что в школе мы хоть и учим специфическую лексику, скорость освоения новых слов в школьном возрасте не возрастает, а снижается по сравнению с дошкольным периодом.

И да, о «читать и писать»: и то, и другое – это специфические навыки, которые к собственно освоению родного языка не имеют никакого отношения. Чтение и письмо скорее сродни игре в шахматы или на пианино. Этому надо специально учиться, так как нет естественного процесса или заточенных под это отделов мозга. Кроме того, можно свободно владеть родным языком, не умея ни читать, ни писать. Между прочим, большинство языков мира не имеют письменности, но тем не менее их носители прекрасно владеют своим родным языком. Впрочем, и русским, и английским на протяжении большей части их истории владели люди, не умевшие читать и писать.Так как же дети осваивают родной язык без зубрёжки, и почему взрослые так не могут? Об этом в следующем посте. Оставайтесь с нами.

Это-по-русски-2

УЧИМ АНГЛИЙСКИЙ: ЦЕЛОСТНЫЙ ПОДХОД

Довольно часто ко мне обращаются ученики, которые хотят учить, скажем, только грамматику, или наоборот, всё кроме грамматики. Или что-то другое, но одно. Иногда такой подход оказывается оправданным, например, когда человек неплохо говорит, но с ужасным акцентом. Или нужно подготовиться к конкретному экзамену. Или научиться писать научные статьи. Или их читать, что тоже определенное искусство. Также чем-то одним мы занимаемся на моих групповых занятиях, где мы фокусируемся на произношении или на разговоре (в будущем планирую и группы других направленностей).

Но даже в группах, где мы, скажем, «разговариваем», я работаю и над обогащением словарного запаса, и над грамматикой, и над произношением. А уж что касается индивидуальных занятий, то там такой однобокий подход чаще всего не оправдан. Почему?

Представьте себе бочку (для тех, кто забыл, как бочка выглядит, внизу даю картинку). Если бочка целая, то мы можем налить в нее воду (или вино, или квас, кому что больше нравится) до верха. А теперь представьте себе, что одна из планок обломилась. До какой высоты мы можем налить воду? Правильно, только до высоты, на которой обломана эта одна планка, несмотря на то, что остальные планки целые!

То же самое происходит и с языком: чтобы говорить на языке, нужно иметь целый букет навыков (не просто знаний, а именно навыков!). Поэтому ваш уровень владения языком определяется по самой «обломанной» планке, то есть по самому слабому компоненту, которым может быть и грамматика, и произношение, и словарный запас, и просто свобода говорения, и многое другое. Если одна из этих составляющих «обломана» очень низко, например, если вы плохо владеете грамматикой (именно владеете, а не просто «знаете», «проходили», «учили» – это очень важно!), то даже ваш богатый словарный запас и прекрасное произношение всё равно не позволят вам говорить на приемлемом английском. Если у вас идеальное произношение, но вы знаете мало слов, то и блеснуть будет на с чем. И так далее. Именно поэтому я и практикую целостный подход к языку: мы работает над грамматикой, которую тут же «крутим» в разговоре с новыми же словами, параллельно правим огрехи произношения, обсуждаем стилистические моменты, культурный контекст и многое другое.

Готовы попробовать? Пишите в личку или на asya_pereltsvaig@yahoo.com

https://kak-cdelat.ru/uploads/posts/2015-06/1434354942_ustanovka-srednego-kolca.jpg
Это-по-русски-2

ПЯТЬ МИФОВ ОБ ИЗУЧЕНИИ АНГЛИЙСКОГО: МИФ ПЯТЫЙ

Надеюсь, вы еще не устали от нашего экскурса в мифологию об изучении английского языка. Сегодня мы посмотрим на last but not least (последний, но тем не менее важный) миф:

НУЖНО (ИЛИ ЛУЧШЕ) УЧИТЬ АНГЛИЙСКИЙ ПО ДЕТСКИМ КНИГАМ И МУЛЬТФИЛЬМАМ

Сразу скажу: если вы не собираетесь работать нянечкой в детском саду или кем-то ещё в этом роде, то нет, не лучше и не нужно. Это очень широко распространённое заблуждение, что детские книги (или фильмы) написаны более простым, доступным для обучающегося иностранца языком. На самом деле, всё не так, от слова совсем. Дело в том, что нормальная детская литература пишется достаточно сложным, идиоматичным языком. И как авторы, пишущие для взрослые, детские писатели не просто облачают в слова сюжет, но и играют с языком. Поэтому такие книги как “Winniе-thе-Pооh” («Винни-Пух» Алана Милна) или “Аliсе’s аdvеnturеs in Wоndеrlаnd” («Алиса в стране чудес» Льюиса Кэрролла) подойдут учащимся уровня advanced как минимум.

С мультфильмами всё еще хуже. Кроме вышесказанного о детских книгах, у мультфильмов есть еще одна проблема: они «мультяшные». В обычных игровых фильмах мы хотя бы видим лица актеров, которые говорят ту или иную фразу, а в мультфильмах нет живой человеческой артикуляции. (В более новых мультфильмах есть компьютерно сгенерированная артикуляция, но и она не дотягивает до живой.) Насколько мы опираемся на визуальные сигналы, то есть считываем артикуляционную мимику, мы все начали понимать только в эпоху ковида, когда из-за масок даже разговоры нормально слышаших людей превратились в серию «что? не слышу? что?». Да, маска приглушает звуковые волны, но не менее значимым оказывается и то, что мы не видим артикуляцию говорящего.

Одна из задач, стоящих перед учащими английский – это научиться правильно произносить английские звуки (особенно те, которых нет в русском) и правильно «слышать» (то есть идентифицировать их в речи). Именно этим мы занимаемся в нашей группе по произношению, так что присоединяйтесь! Как ни странно даже нормально слышащие люди подсознательно или сознательно «монтируют» звуковой сигнал с визуальным, а если последнего нет, то оказывается гораздо труднее услышать речь.

Помимо вышесказанного, у обучения по детским книгам и мультикам есть еще одна большая проблема: по ним вы учите вполне определённый (по-научному: маркированный) регистр (или стиль) языка. Представьте себе взрослого дядю или тётю, который говорит как Заяц из «Ну, погоди!» или как Слоненок из «38 попугаев». Смешно, не правда ли? Вы же не хотите так звучать по-английски?

Эта проблема актуальна не только для специфически детского языка. Многие обращающиеся ко мне ученики хотят, чтобы я научила их молодёжному сленгу, а многие «горе-учителя» уделяют много внимания красочным идиомам из сленга рэперов в приспущенных штанах и hoodies (курткам с капюшоном)… Вы меня поняли. Если вы не собираетесь тусить большую часть времени с какими-то узкими демографическими группами (подростками, рэперами, старичками-пенсионерами, детишками в детском саду, профессорами из Гарварда и т.п.), то вам нужно учить не сленг, не профессиональный жаргон, не детский язык, а максимально стилистически нейтральный английский. Такой, с которым «и в пир, и в мир, и в добрые люди».

Готовы попробовать? Пишите в личку или asya_pereltsvaig@yahoo.com

Это-по-русски-2

ПЯТЬ МИФОВ ОБ ИЗУЧЕНИИ АНГЛИЙСКОГО: МИФ ЧЕТВЁРТЫЙ

В предыдущих постах (см. тут, тут и тут) мы уже видели, что учить английский надо с хорошим преподавателем, уделяя внимание в том числе и грамматике, поданной в виде правил с примерами, а не просто в виде примеров. Поэтому вы уже, наверное, понимаете почему следующее утверждение – это миф:

УЧИТЬ АНГЛИЙСКИЙ МОЖНО ТОЛЬКО В СРЕДЕ И С НОСИТЕЛЕМ

Этот миф «растёт» из идеи о том, что, слушая много примеров употребления тех или иных слов, выражений или грамматических конструкций, ученик может запомнить их просто из «входящих данных». Или попросту: то, что мы слышим в речи окружающих нас носителей, «залипнет» в нашем мозгу без каких-либо наших усилий (ну или с минимальными усилиями). А кто ж не хочет, чтобы без усилий?! Но это, увы, не работает.

В первую очередь не работает потому, что мы не слышим то, чего не знаем или не понимаем. Под «слышим» я тут подразумеваю не просто звуковые волны, которые попадают к нам в уши, а то, что доходит до мозга. Например, мои ученики мне часто говорят про ту или иную конструкцию: «А что, так правда говорят? Я никогда не слышал». Но во всех случаях я могу привести множество примеров из известных фильмов, сериалов или мемов, которые вам наверняка знакомы. Просто сталкиваясь с примерами незнакомых конструкций, мы их не слышим на уровне мозга. Так, вместо (пока еще не освоенного) present perfect “I have visited my grandma” (или “I’ve visited my grandma”) мы слышим более знакомый past simple “I visited my grandma”, а неосвоенные артикли просто опускаем, даже когда читаем по написанному тексту, где они есть. Наш мозг отсекает незнакомое и, как ему кажется, неважное. А всякие маленькие грамматические штучки типа суффиксов, окончаний, предлогов и артиклей легко попадают в эту категорию.

Поэтому просто слушая грамотную речь носителей в среде, мы не можем научиться грамотно говорить сами. Есть однако один элемент среды, который бесспорно помогает в изучении языка, но который при правильной методике можно воссоздавать где угодно. Этот элемент – культурно-языковой контекст. Те из моих учеников, которые живут в Америке, знают многие слова только потому, что они попадаются им на вывесках и этикетках, по телевизору или в счетах за электричество и много где еще. Так что же делать тем, кто живет не в англоязычной среде? Тут я надеюсь, наша группа в Фейсбуке будет вам в помощь, ведь я стараюсь постить огромное количество именно культурно-языкового контента: обсуждения и объяснения цитат из известных фильмов и книг, слова популярных песен, названия продуктов и блюд и многое другое. Кино, телевидение, интернет, даже установка английского в качестве программного языка в телефоне тоже дадут вам много культурно-языкового контента и контекста. Так что в 21-м веке говорить, что вы не живете в Америке и поэтому не можете выучить английский – просто глупо.

А какова роль носителя в этом процессе? Носитель по определению обладает одним обязательным качеством хорошего преподавателя языка: он хорошо и свободно владеет этим языком. Но одного этого, хоть и несомненно важного, достоинства мало. Для тех, кто считает, что любой носитель может научить вас английскому, предлагаю такой мысленный эксперимент: представьте себе, что вам нужно научить американца русскому языку. С чего вы начнёте? Как будете подавать материал? В какой последовательности? Какие ошибки и на каком этапе будете исправлять, а какие нет? Не знаете?! Но вы же носитель! (Подробнее о мифе учителя-носителя я писала здесь.)

Итак, запомним, что среда поможет вам в деле изучения английского не больше, чем вторник или четверг, а носитель – это от слова «носить», а не «учить».

Это-по-русски-2

ПЯТЬ МИФОВ ОБ ИЗУЧЕНИИ АНГЛИЙСКОГО: МИФ ТРЕТИЙ

Сегодняшний миф «растет на одном поле» с мифом, который мы разобрали во вчерашнем посте. Как и со вчерашним мифом, я наткнулась на миф третий в рекламе одного горе-преподавателя английского. Итак:

УЧИТЬ АНГЛИЙСКИЙ НАДО НЕ ПО ПРАВИЛАМ, А ПО ПРИМЕРАМ.

Имелось в виду, что учить английский надо, не разбирая правил, а просто прослушивая и повторяя (возможно с переводом на русский) примеры реального употребления той или иной конструкции или выражения. К сожалению, «ноги» у этого мифа растут всё из той же безграмотности и незнания того, как работает наш мозг. А работает он ПО ПРАВИЛАМ. (Или «закономерностям». Или «паттернам». Кому как больше нравится.)

А как же аргумент о том, что дети не учат никаких правил и тем не менее осваивают родной язык? О детях мы поговорим поподробнее в следующих постах, но пока заметим, что когда дети осваивают родной язык, им действительно не дают грамматических правил. Это так. Но они такие правила подсознательно ВЫВОДЯТ САМИ! В результате дети определенного возраста настолько влюбляются в выведенные ими самими правила, что начинают их употреблять направо и налево, без исключений. Так дети, осваивающие английский, в определенном возрасте говорят “He goed” и “I eated” (вместо “He went” и “I ate”), именно потому что они вывели для себя правило «добавь ‑ed, чтобы получилось прошедшее время». А русские дети в определенном возрасте используют «-ов» как окончание родительного падежа множественного числа для всех существительных: «слонов», «котов», но и «кошков», «собаков», «игрушков». И только потом дети врубаются, что правила не всегда применимы и к ним есть исключения (или другие, более узко заточенные правила).

Значимость правил при языковой деятельности (то есть, когда мы говорим, понимаем и т.д.) показали и экспериментальные исследования на взрослых. Так, очень интересное исследование, проведённое итальянскими учёными под руководством моего коллеги и друга Анреа Моро в Милане, показали, что в нашем мозгу не просто есть специальный hardware для языка, так называемая зона Брока, но и что она работает именно с правилами. Если мы пытаемся ей кинуть не языковые правила, а просто неструктурированные линейные примеры, то зона Брока включается на очень короткое время, но сразу же отключается, как бы говоря «это не моё, тут не язык, а белиберда какая-то из слов». И что особо интересно в свете изучения английского языка: те участники эксперимента, которые учили реальный язык с выводимыми правилами, научались этому языку от сессии к сессии всё лучше и лучше, а те, кто работал с неструктурированными примерами, так и оставались на уровне «пальцем в небо». Подробнее об этих исследованиях можно почитать в книге Андреа Моро “The Boundaries of Babel” (она написана для неспециалистов и доступна по-итальянски и по-английски; есть ли русский перевод я не знаю).

Итак, если наш мозг всё равно выискивает правила, закономерности и паттерны, то гораздо проще подать их ему готовенькими, «на блюдечке с голубой каёмочкой». Таким образом вы облегчите вашему мозгу работу, тем более что его способность выискивать такие закономерности притупляется после полового созревания, что тоже показали многочисленные исследования, в том числе на так называемых «детях Маугли». Только в отличие от киплинговского персонажа, их выращивали не добрые волки, а злые родители, которые изолировали их от любого человеческого общения и не разговаривали с ними сами. В результате, дети, обнаруженные в довольно раннем возрасте могли ещё освоить язык, а вот те, кого возвращали в нормальную человеческую среду слишком поздно, так и оставались без языка навсегда, несмотря на все старания педагогов, психологов и социальных работников.

Итак, когда мы учим английский, нужно разбирать грамматические правила (правильно сформулированные и поданные, конечно!) и иллюстрировать их примерами из реального употребления (тоже желательно методологически правильно подобранными). А потом отрабатывать их тоже в реальном употреблении. И тогда ваша зона Брока не будет в отвращении отворачиваться, думая «фу, какая гадость эта ваша заливная рыба… а мне бы заливной ЯЗЫК!»

Это-по-русски-2

ПЯТЬ МИФОВ ОБ ИЗУЧЕНИИ АНГЛИЙСКОГО: МИФ ВТОРОЙ

Во вчерашнем посте я предложила вам использовать оставшиеся четыре мифа как лакмусовую бумажку для отбора хорошего (то есть, профессионального, толкового, грамотного) преподавателя. Поэтому сегодня мы поговорим о мифе, который попал в мою копилочку из рекламы одной такой «горе-училки»:

УЧИТЬ ГРАММАТИКУ НЕ НАДО, А НАДО ПРОСТО УЧИТЬСЯ РАЗГОВАРИВАТЬ

К моему большому сожалению, среди многих учителей и тем более учеников сложилось превратное представление о грамматике как о чём-то скучном и ненужном. Однако, это вовсе не так. Скучность, конечно, зависит, от подачи, а вот про ненужность – это просто ложь. Вспомните какого-нибудь знакомого вам иностранца, говорящего (но не вполне свободно) по-русски. Что в его речи выдаёт в нем иностранца? Правильно, грамматика! Там не тот падеж, тут не тот вид глагола. И получается в худшем случае «твоя моя не понимай», а в лучшем случае – как написал один мой знакомый американец в своем резюме (!) на русском языке: «свободное владение русского языка». Поэтому если вас не устраивает всю жизнь говорить на английском так, как эти иностранцы говорят по-русски, грамматика вам необходима!

И она нужна в первую очередь для того, чтобы говорить! А также понимать, читать, писать – всё это невозможно без грамматики. Без грамматики вы будете продолжать говорить “I am go” и “a lots of friends”, а носители будут продолжать смотреть на вас как на… ну как в России смотрят на тех, кто говорит «твоя моя не понимай». И если не откровенно смотреть на вас так (из-за своей пресловутой вежливости), то уж точно думать про себя о вас именно так. Более того, без грамматики вы не будете понимать смысловую разницу между “I’ll buy a new car” и “I’m going to buy a new car”. Или между “If I win the lottery, I will buy a new house” и “If I won the lottery, I would buy a new house”. И так далее.

Для того чтобы «просто разговаривать», нужны соответствующие инструменты: слова и грамматические конструкции, которыми вы сможете разговаривать. Говорить «грамматика не нужна, давайте учиться разговаривать без неё» – это примерно как сказать вам «оперируйте больного без инструментов». Вы же не голыми руками будете ему живот разрывать, правда? Или можно сравнить это с нырянием на большую глубину без акваланга: ныряльщиков сначала учат с аквалангом погружаться на небольшую глубину, а не кидают их сразу в Марианскую впадину без оборудования и с напутствием «а вы учитесь просто нырять, акваланг вам ни к чему».

Правда, разобраться в грамматике самому или с неграмотной «горе-училкой», повторяющей ту же чушь, которой когда-то такие же «горе-училки» научили её, будет трудно. Что возвращает нас к первому мифу. Кто пропустил вчерашний пост, прочитайте обязательно!